Геноцид 20-го года в истории моей семьи

17 ноября 2007, 7251 просмотр

Геноцид: как это происходило и происходит
Рассказ ветерана труда, пенсионерки Цховребовой А.В.

В дом семьи моей матери горе вошло в кровавый 20 год XX века.

Высокая, красивая женщина, мать пятерых малолетних детей, с годовалым ребенком на руках шагает по снежной тропе. Еще немного и она, вместе с большой родней (младшие братья, сестра, родители, дяди, тети, их дети, всего 39 человек), рискуя жизнью, поднимутся на ледяную вершину горы Зикара, а оттуда вниз, где скоро начинается низменность. И они спасены! Кто эти люди? Это осетины. Они бегут в северную часть своей Осетии к своим братьям с твердой уверенностью, что там их ждет лучшая участь.
Эти люди жертвы грузинских меньшевиков, изгоняемые из своих домов только потому, что они осетины и хотят быть свободными и независимыми, так же, как в 1992 году, так же, как сейчас.

Читать далее ...

Слово осетина (Про Парпата Джиоева и о героизме ребят в пригородном районе РСО-А)

14 ноября 2007, 15845 просмотров

Слово осетина
(семь часов ингушско-осетинской войны)
…Вечером я явился в штаб ополчения. В кабинете у командующего было много народу. Подводили итоги прошедшего дня и ставили задачи на следующий. Я доложил Суанову о выполненной работе, о двух пробоинах, полученных при обстреле в Октябрьском, и о том, что из Южной Осетии привез 10 человек, остальные, около 150 человек, выехали на машинах и скоро будут здесь.

Читать далее ...

Олег Тезиев: «Когда ощущаешь полное превосходство — не звереешь»

6 ноября 2007, 8272 просмотра
Олег Тезиев: «Когда ощущаешь полное превосходство — не звереешь»

В эти дни Осетия вновь вспоминает своих защитников, которые 15 лет назад, тревожной осенью 92-го, вступили в бои со вторгшимися из Ингушетии бандформированиями. Среди отважных защитников нашей республики были и добровольцы с южной части Осетии, которыми командовал тогдашний премьер-министр РЮО, а ныне председатель Северо-Осетинской региональной общественной организации «Гражданская инициатива» Олег Тезиев.

— Какова была ваша первая реакция, когда вы узнали о нападении бандформирований на села Пригородного района? – вопрос к Олегу Тезиеву.
— Не могу сказать, что для меня известие об агрессии стало полной неожиданностью. На тот момент ингушская верхушка активно подготавливала почву для начала боевых действий. Надо отдать должное силовым структурам Северной Осетии: уже в то время готовность республиканского ОМОНа и национальной гвардии был на достаточно хорошем уровне. То есть нельзя сказать, что в то время республика была незащищена. Другой дело – сыграл фактор неожиданности, а в первые дни вооруженного конфликта царила неорганизованность. Не было четкой информации о действиях, количестве противника, не было единого и грамотного штаба, который координировал бы боевые действия по отражению агрессии, в какой-то момент царила неразбериха. Не на руку сыграла и посеянная паника. Между тем, даже в те дни особой опасности для Осетии я не видел, она была сильно преувеличена. Надо было просто, засучив рукава, очистить Пригородный район от бандитов из Ингушетии.

— Среди тех, кто засучил рукава, была и ваша бригада «ИР», уже имевшая хороший опыт по отражению агрессии со стороны Грузии. Не было ли риска покидать, пусть хоть и на несколько дней, Южную Осетию, где только-только завершились боевые действия.

— В то время мир в Южной Осетии уже контролировался российскими миротворцами. Узнав о нападении на Север Осетии, мы оперативно организовали сбор отряда, но никак не бригады, и спустя 6,5 часов уже были во Владикавказе. К операции по очистке территории от бандформирований мы приступили 1 ноября, практически сразу же по приезде. Ингушская сторона упорно распространяет лживые сведения о том, что из Южной Осетии прибыли чуть ли не 6 тысяч добровольцев. Эта цифра вызывает во мне иронию. Нас было порядка 350 человек, от силы 370. Нам поручили очистить от боевиков примыкающие к столице республики поселки.
Признаться, несмотря на то, что это была спланированной акцией, особых проблем у нас не было, хотя в тех боях мы и потеряли 7 человек. Причем двое из них по нелепости погибли от местных ополченцев. После этого я запретил ополченцам помогать нам.

— Сколько времени бойцам «ИРа» понадобилось для выполнения боевой задачи?

— Менее суток. Часть подразделения, выполнив боевую задачу в Южном, быстро перегруппировалась в с. Дачное, где орудовали несколько пулеметчиков. Наши снайперы моментально подавили огневые точки, а остальные боевики предпочли спастись бегством.

— То есть после 2 ноября уже шли локальные боевые действия?

— Да, к тому времени уже шли очаговые бои. На тот момент бандитская операция уже была провалена. К тому же, в тот день так называемый чрезвычайный комитет Ингушской республики выступил с обращением к населению Ингушетии с призывом прекратить боевые действия и организованно покинуть позиции. Удивительно, как еще после этого в Ингушетии умудряются отрицать факт вооруженного нападения!

— Получается, что добровольцы из Южной Осетии сыграли ключевую роль в быстром выдворении бандформирований?

— В том конфликте мы использовали знакомую еще по грузино-осетинскому конфликту тактику, предпочитая сразу же выбивать врага из населенных пунктов, а не окапываться и вести позиционные бои. Ведь это сыграло бы на руку напавшей стороне.
В Ингушетии частенько говорят, что осетины воевали за спинами российских солдат. Не было такого. Перед собой мы не видели ни одного российского солдата.

— Где вы столкнулись с наибольшими трудностями?


— В Карца. Когда был отдан приказ выдвинуться в этом направлении, нам сообщили, что якобы боевики из Ингушетии отрезали от Владикавказа с. Октябрьское, где начали иссякать боеприпасы. Часть группы пошла через школу, другая по Карцинскому шоссе. Первые перестрелки возникли уже в районе п. Спутник, там же я получил небольшую контузию. По прошествии некоторого времени дорога в райцентр Пригородного района была свободной.

Кстати, в Карца с нами произошел любопытный случай. По мере освобождения поселка навстречу нашим бойцам выбежал мужчина в возрасте, по всему напоминавший ингуша. Он рассказал нам, что в его подвале боевики заперли около 40 заложников-осетин. Через несколько минут к нам по цепочке начали подбегать заложники. Все они поголовно были хорошенько избиты, у многих рванные раны. После этого я говорю ему: теперь иди, будь осторожен. А он спрашивает, не будем ли мы в него стрелять. «Куда стрелять?, — говорю ему, — В безоружного, что ли?».

— А как же распространенная среди ингушей тема о якобы зверствах кударцев?..

— Тема-то распространенна. Да вот ни одного факта нет, ничего подобного не было. Более того, бойцам нашего подразделения был отдан приказ не убивать бросивших оружие боевиков. Если же они убегали вместе с оружием, то наши стреляли по ногам. Надо же понимать, что когда ощущаешь полное превосходство над противником, никто никогда звереть не будет.
Вполне допускаю, что с участниками бандформирований жестко могли обращаться местные ополченцы. Но в данном случае это стоит списать на эмоции и состояние аффекта. Ведь у многих из них родные приняли мученическую смерть. Вспомните, как жестоко вторгшиеся бандиты обращались с мирными жителями в с. Чермен.

— Вверенное вам подразделение захватывали в плен ингушей?

— Нет, перед нами стояла другая задача. Наоборот, после моей просьбы была освобождена часть заложников, содержавшихся на улице Гадиева. Когда я вошел туда, меня узнал один из ингушей. Он обратился ко мне по фамилии, а потом попросил отделить женщин от мужчин, хотя отношение к ним было вполне нормальным. Всего в том месте содержалось около 70 человек. Было принято решение поступить более гуманно: передали всех женщин российским солдатам, которые и доставили их в Ингушетию.

— Теперь, спустя 15 лет, как вам кажется, можно ли было избежать тот конфликт?

— По идее любой конфликт можно было избежать. Но в данном случае мы были обречены на вооруженное противостояние. Уж слишком агрессивно были настроены наши соседи, которые свято верили, что им удастся отторгнуть Пригородный район и часть Владикавказа.

— Бытует мнение, что если бы бандформированиям удалось захватить Пригородный район, он, возможно, был бы потерян для Осетии – ведь те прикрывались законом о реабилитации репрессированных народов...
— У меня сложилось мнение, что этот взрывоопасный закон был проплачен. Не исключено, что после силовой аннексии Пригородного района введенные войска разоружили бы обе стороны, а вслед за этим последовала бы юридическая аннексия. Но должен заметить, что большинство российских генералов и офицеров верно сориентировали в ситуации, прекрасно понимали, на чьей стороне правда, где черное, а где белое. К тому же этот конфликт мог послужить поводом для «более масштабных боевых действий». Но Чечня объявила нейтралитет, и ни одного члена чеченских вооруженных формирований в Пригородном районе не было. Во всяком случае мне о таких фактах не известно, хотя, допускаю, отдельные представители могли войти в бандформирования.

— С какими чувствами вспоминаете события 15-летней давности?

— Никакого чувства гордости за то, что удалось отстоять суверенитет Северной Осетии, нет. Война – не повод для гордости. Есть удовлетворение от того, что не дали отобрать наши территории и в общем-то все закончилось малой кровью. Ведь если бы защитникам Осетии не удалось достаточно быстро выбить бандформирования, конфликт мог затянуться, а в этом случае жертв было бы намного больше.

— Сегодня вы являетесь активным общественным деятелем. Каков, на ваш взгляд, путь окончательного урегулирования осетино-ингушских отношений?

— В первую очередь, все территориальные претензии Ингушетии плавно должны сойти на «нет». Любой другой вариант развития отношений чреват повторением конфликта. В таком случае вопрос проживания ингушей в Северной Осетии раз и навсегда будет закрыт. Источник :15-Й регион
Читать далее ...

Поиск по сайту

Кнопка сайта

Голосование

Считаете ли вы возможным повторение геноцида осетин со стороны Грузии?

 

Календарь

«    Ноябрь 2007    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 1234
567891011
12131415161718
19202122232425
2627282930