Истоки грузинского фашизма

23 мая 2007, Версия для печати, 7722 просмотра
Истоки грузинского фашизма

Истоки грузинского фашизма
источник: http://osinform.ru/
Истоки грузинского фашизма21.03 2007 // 02:00

В документе, который вы прочтете ниже, самое главное – тональность. Мы сознательно не стали ничего править, поскольку именно в таком виде и с такими словами этот текст хранится в архиве МВД Грузии. Был такой советский журналистский штамп: «документ проникнут духом…». Так вот это документ действительно «проникнут духом» любви, уважения и почтения к тем, кто в 1941-45 годах носил немецкую форму и заботливо украшал погоны двумя малиновыми полосками, чтобы подчеркнуть свою «грузинскость». К тем, кто с грузом взрывчатки десантировался с «юнкерсов» в Сванетии и Раче, чтобы открыть вермахту путь в Закавказье. А в то же время по другую сторону хребта в Северной Осетии яростно защищали подступы к Владикавказу братья Слановы. Под Туапсе на передней линии защищали Абхазию 14-летние юнги из Бакинской школы морской пехоты (среди них был и мой отец, получивший в 15-летнем возрасте медаль «За оборону Кавказа»).Теперь в современной Грузии диверсантов абвера называют героями, чтят их память и тщательно перечисляют их заслуги. А ведь она – Грузия – еще совсем недавно гордилась Мелитоном Кантария, якобы, поставившим советский флаг над Рейхстагом. Специалисты из Латвии помогли организовать в Тбилиси «Музей советской оккупации».

Теперь, видимо, дело идет к тому, что латвийский и эстонский опыт будет востребован и в стране «победившей демократии», семимильными шагами бегущей в НАТО. За музеями оккупации и идеализацией эсесовцев всегда следует уничтожение памятников и разграбление могил. Но если в Осетии и Абхазии прекрасно знают, с чем имеют дело, то в Западной Европе искренне считают грузин героическим народом. Только в одной стране с этим не согласны – в Голландии, родине жены Михаила Саакашвили. Там охранную службу на одном из островов нес грузинский батальон СС. Несколько лет назад Сандра Рулофс уговорила местные власти поставить там памятник, на открытие которого прибыл и президент Грузии. Голландцы честно воевали, их движение сопротивления было одним из самых сильных в Европе, и до сих пор там не стихают протесты против идеализации грузинского батальона СС. Но в Тбилиси свой выбор, похоже, уже сделали.

Евгений КРУТИКОВ



Организация «Тамара»
Из истории разведывательно-диверсионных операций Абвера в Грузии


1) взвод особого назначения «Тамара-I».


«Прошу передать это немцам:

Слава независимой Грузии!
Вечно храброму и достойному грузинскому народу.
Я боролся долгое время, для того, чтобы увидеть этот день.
Но судьбе была угодна моя гибель, за несколько часов до этого.
И я счастлив, умереть за это дело, и желаю, чтобы каждый грузин стал свидетелем свободной Грузии.
Дабы быть всегда готовым к исполнению завета предков:
Лучше нам в борьбе погибнуть,
Чем презренных дней покой!
Еще раз, слава Грузии и грузинскому народу!

А. Кочакидзе».

Надпись сделанная осенью 1942 г. на обратной стороне вырезки из карты Грузинской ССР Арчилом Кочакидзе. Эмигрантом, добровольцем разведывательно-диверсионной группы «Тамара-I», высадившимся 5 сентября того же года в Чиатурском районе Грузии.


Как известно, еще до непосредственного введения в действие плана «Барбаросса», Верховное командование Вермахта, в преддверии войны против СССР, поручило руководству военной разведки - Абвера подготовиться к осуществлению ряда спецопераций на территории Грузии. Целью данных операций являлось, в момент приближения Вермахта к границам Грузии, в сотрудничестве с местными повстанцами дестабилизировать тыл советской военщины, облегчив, таким образом, освобождение Грузии от большевизма.
В результате этого, буквально за два дня до начала боевых действий на германо-советском фронте, увидел свет следующий документ, подписанный начальником отдела спецопераций Абвер-II, генералом Э. Лахузеном:

«Секретное распоряжение
Отдел иностранной разведки №53/41.

Берлин 20 июня 1941 г.

Для выполнения полученных от 1-го оперативного отдела военно-полевого штаба указаний о том, чтобы для использования нефтяных районов обеспечить разложение в Советской России, рабочему штабу «Румыния» поручается создать организацию «Тамара», на которую возлагаются следующие задачи:

1. Подготовить силами грузин организацию восстания на территории Грузии.

2. Руководство организацией возложить на обер-лейтенанта Краммера (2-й отдел контрразведки). Заместителем назначается фельдфебель доктор Хауфе (контрразведка 2).

3. Организация разделяется на две агентурные группы:

А. «Тамара-I» - состоит из 16 грузин, подготовленных для саботажа (С) и объединенных в ячейки (К). Ею руководит унтер-офицер Герман (учебный полк «Бранденбург» ЦБФ 800, 5-я рота).

Б. «Тамара-II» - представляет собой оперативную группу, состоящую из 80 грузин, объединенных в ячейки. Руководителем данной группы назначается обер-лейтенант доктор Краммер.

4. Обе оперативные группы «Тамара-I» и «Тамара-II» предоставлены в распоряжение 1 Ц АОК (разведотдел Главного командования армии).

5. В качестве сборного пункта оперативной группы «Тамара-I» избрать окрестности г. Яссы, сборный пункт группы «Тамара-II» - треугольник Брэила – Каларас – Бухарест.

Вооружение организаций «Тамара» проводится отделом контрразведки».

Основным кадром организации «Тамара», являлись грузины-эмигранты из Франции.

Еще в период т. н. «странной войны» 1939-1940 г.г., грузинские эмигранты-добровольцы изъявили желание принять участие в планируемых на Ближнем Востоке боевых операциях французских войск против советов. В это время, вследствие заключенного 23 августа 1939 г. германо-советского пакта о ненападении, руководство СССР безоговорочно снабжало Третий Рейх всевозможными экономическими ресурсами, в том числе и имеющей для Берлина стратегическое значение кавказской нефтью.

19 января 1940 г., премьер-министр Франции Даладье обратился с просьбой к генералу Гамелену и начальнику морского Генштаба адмиралу Дарлану, «подготовить свои соображения о предполагаемой операции по вторжению в Россию с целью уничтожения нефтяных источников» . При этом одним из вариантов действий, направленных на срыв снабжения нефтью Советским Союзом Германии, рассматривался вопрос поддержки освободительного движения народов Кавказа.




2) Добровольцы роты особого назначения Абвера «Тамара-II». Румыния, г. Брашов, осень 1941 г. Фотография из личного архива Н. Бадуаль-Кереселидзе (Экс-ан-Прованс, Франция).

По этому поводу, 22 марта 1940 г., генерал Гамелен направил премьер-министру Рейно специальную записку, в которой, со своей стороны подчеркивал, что наилучшим выходом из создавшегося положения являлась бы бомбардировка Баку с воздуха, с целью вывода из строя местных нефтепромыслов, где по данным документа, добывалось 75 % всей советской нефти. «В результате наноситься удар по Германии, а СССР лишается своего наиболее важного нефтяного района на Кавказе. Бомбардировка Баку поставит советы в критическое положение, так как для обеспечения горючим советских моторизованных частей и сельскохозяйственной техники Москве нужна почти вся добываемая сейчас нефть». В конце документа указывалось на возможность придать данной операции не только военный, но и политический характер, вызвав волнения среди народов Кавказа .

4 - 5 апреля, в результате проведения заседания франко-английских координационных групп, созданных в связи с данным вопросом, было принято решение подвергнуть бомбардировке не только Баку, но и порты грузинских городов Батуми и Поти, используемые для вывоза в Германию советских нефтепродуктов .

По инициативе главнокомандующего «восточным оперативным фронтом» генерала Вейгана, в составе дислоцированной во французской Сирии армии планировалось формирование грузинского батальона, для использования данной части в предполагаемых операциях союзников против СССР. Основной причиной создания батальона, личный состав которого начитывал 160-180 человек, являлось намерение оказать психологическое воздействие на население советской Грузии, во время предстоящих операций союзных войск на Кавказе, с целью захвата или вывода из строя нефтяных месторождений региона.

В результате быстрого поражения Франции в мае 1940 г., грузинский батальон, личный состав которого к этому времени уже был переброшен в тренировочный лагерь Баркар, в восточных Пиренеях, так и не смог завершить своего формирования .

В связи с данными событиями, один из инициаторов создания организации «Тамара», Михаил Кедиа, в 1940-41 гг. занимавший должность руководителя Грузинского бюро в Париже, отмечал, что «когда летом 1940 г. Французская армия Вейгана, казалось бы, собиралась воевать против русских на Ближнем Востоке, многие из обитавших в Париже грузин были готовы записаться в нее добровольцами». Далее, сообщая о наборе осуществленном им в организацию «Тамара» после начала войны германо-советской войны, Кедиа подчеркивал, что многие из вступивших в данное подразделение грузинских эмигрантов, были лицами, всего лишь за год до этого, присоединившимися к Французской армии на Ближнем Востоке .

Факт еще раз неопровержимо свидетельствующий о том, что основным мотивом, приведших грузинских эмигрантов в ряды разведывательно-диверсионных групп Абвера, было стремление к политической независимости Грузии, а не отнюдь не принятие ими идеологии или практики германского национал-социализма.

В апреле 1941 г., еще до издания официального приказа о формировании организации «Тамара», руководство Абвера приступило к подбору кандидатур для ее личного состава.

Непосредственную помощь в этом деле будущему командиру организации «Тамара» обер-лейтенанту О. Краммеру, оказывал сам М.Кедиа . Для того чтобы познакомить представителей германского кадрового перcонала с их будущими подчиненными, Кедиа пришлось лично посетить многие города Франции, где проживали грузинские эмигранты, от Парижа до Ниццы.

С целью строжайшей конспирации, соблюдение которой было необходимо до официального объявления войны Германией СССР, в марте 1941 г. около 20 грузинских эмигрантов, в основном будущих членов «Тамары-I», были направлены на однонедельные курсы в германскую разведывательно-диверсионную школу, находящуюся в одном из поместий недалеко от г. Орлеана.

Для сокрытия от эмигрантов истинных целей их обучения, инструктора сообщили последним, что из них будут подготовлены кадры охранников, несущих службу по защите от саботажа и диверсий германских военных заводов, где задействованы иностранные рабочие Третьего Рейха.

Обучая своих подопечных приемам противодействия саботажу и диверсиям, инструктор, - фельдфебель Рихтер, - наряду с прочим посвящал их самих в науку изготовления, обращения и применения взрывчатых веществ, необходимых для проведения диверсий на заводах, предприятиях и железнодорожных коммуникациях .

Особое внимание уделялось обучению подрыва железнодорожных рельс, «всякого рода мостов, домов и других сооружений. По стрелковой части проходили стрельбу из пистолета» .

Подготовленные таким образом будущие разведчики-диверсанты, в первых числах июня 1941 г. были собраны в Вене, в гостинице «Стефан».

Лишь за несколько дней до начала войны с СССР, заместитель командира организации «Тамара», фельдфебель д-р Хауфе (носивший конспиративное имя «Клайн»), объявил добровольцам об истинной цели назначения их взвода .

Более подробно об этом беседовал с добровольцами сам Э. Германн, вскоре так же прибывший в Вену. Обсудив в деталях с членами взвода пути возможного проникновения на территорию Грузии, он особенно интересовался родственными и прочими связями грузин, считая это одной из важнейших предпосылок успеха планируемой операции. В результате, весь взвод был разбит на несколько ячеек, по признакам происхождения эмигрантов из различных районов Грузии.

Спустя несколько дней после начала операции «Барбаросса», 25 июня 1941 г. личный состав спецподразделения «Тамара-I» получил вооружение и был обмундирован в униформу Вермахта . Взвод был выстроен во дворе казармы, находившейся в одном из Венских пригородов. После этого командир спецподразделения унтер-офицер Э. Германн, обратился к добровольцам с патриотической речью. Призвав грузин к борьбе за освобождение их Родины от большевизма, командир взвода дал слово лично возглавлять добровольцев при выполнении будущего спецзадания на территории Грузии .

С целью строгого соблюдения принципа добровольности Э. Германн подчеркнул, что грузины, не желающие или раздумавшие принять участие в освободительной борьбе, могут беспрепятственно покинуть подразделение, получив мирную работу в Германии .

Как впоследствии вспоминал один из добровольцев, после речи командира «на глазах почти у каждого из нас выступили слезы радости. В эти минуты все мы чувствовали себя счастливыми, так как нам, вместо работы на чужбине, предстояло вернуться на Родину. Наряду с этим рушилась Русская империя. Наша радость и надежда в связи с тем, что вскоре Грузия будет свободна от русского рабства была настолько сильной, что мы все, в случае необходимости, были готовы погибнуть во имя Отечества» .

В тот же день с целью обеспечения конспирации, эмигрантам были выданы солдатские книжки, в которых фамилии их владельцев были изменены. Всем грузинам были присвоены фамилии этнических немцев-эльзасцев, с сохранением первой буквы настоящей фамилии. Таким образом, беседуя между собой по-французски, члены взвода могли с успехом скрывать от населения восточных территорий свою подлинную национальность .

На второй день, перед отправкой на южный сектор Восточного фронта, личный состав «Тамары-I» был вновь выстроен во дворе казармы.

«Нас стояло в ряду 17 человек, воодушевленных единым духом, одной надеждой и идеей. Это был день и час рождения группы «Тамара-I». Да, именно во дворе этой казармы и родилась группа под названием «Тамара-I». Ибо там мы впервые взяли в руки оружие во имя освобождения Родины». - Продолжает свой рассказ очевидец .

Командир торжественно объявил, что сформированный взвод носит название «Тамара-I». Впрочем, наряду с этим, употреблялось и другое наименование: «Взвод Эгер» (Zug Eher). - По инициалу имени и первым трем буквам фамилии командира спецподразделения, - унтер-офицера Эдварда Германна .

28 июня из Вены, личный состав взвода на одной грузовой и одной легковой машине был направлен в Румынию, в г. Бухарест . Расположившись лагерем в 20 километрах от города, взвод в течение двух недель продолжал военное обучение. В это время будущих коммандос посетил командир организации «Тамара», обер-лейтенант Краммер, параллельно формирующий роту «Тамара-II» в Вене.

Две недели спустя «Тамара-I», следуя за штабом 51-й пехотной дивизии Вермахта выехала в сторону Бесарабии, остановившись в только что освобожденном Кишиневе, где так же находилась около двух недель. Продолжая заниматься стрелковой подготовкой, личный состав взвода выезжал на линию фронта, с целью приучить добровольцев к боевой обстановке.

В августе взвод переместился на территорию Украины, в г. Николаев, на берегу р. Буг. После двухнедельного пребывания в Николаеве, спецподразделение выехало в г. Мелитополь. С целью соблюдения конспирации, членам группы было запрещено говорить по-грузински. Добровольцы должны были выдавать себя за эльзасцев, беседуя между собой на французском языке. В Мелитополе «Тамара-I» была пополнена представителями германского кадрового персонала, а так же бывшими красноармейцами-грузинами, завербованными в лагерях военнопленных. В конце ноября взвод прибыл в Мариуполь, где в связи со стабилизацией фронта зазимовал. К декабрю, командир взвода особого назначения «Тамара-I» унтер-офицер Э. Германн, был произведен в чин фельдфебеля .

11) Идентификационная карта А. Кочакидзе. Архив Министерства внутренних дел Грузии.



В первых числах апреля 1942 г. спецподразделение было переброшено в Крым, в район горы Демерджи, между Симферополем и Алуштой. Находясь там вплоть до своей переброски в Грузию, добровольцы, в условиях максимально приближенных к кавказским, проходили усиленную разведывательно-диверсионную и горно-стрелковую подготовку. Обучались тактике партизанских действий в горах. Особое внимание уделялось хождению по азимуту в ночных условиях, стрельбе из всех видов оружия.

Примерно с 1 по 15 августа 1942 г., по мере приближения времени заброски взвода в Грузию, специально выделенный для этого дела инструктор приступил к обучению добровольцев парашютному делу .

К концу августа, когда линия фронта непосредственно подошла к Главному Кавказскому хребту, руководством Абвера было принято решение о введении взвода в действие.

С этой целью личный состав спецподразделения выехал в Симферополь, а оттуда, - на аэродром г. Саки, - под Мариуполем.

С учетом сложившегося оперативного положения, непосредственное решение об отправке «Тамары-I» в тыл советских войск было принято начальником дислоцированной в г. Сталино Абверкоманды-201, - майором Г. Арнольдтом, - ведавшим делами заброски парашютистов на территорию Северного и Южного Кавказа .

Справедливо опасаясь, что из-за дальности полета из Крыма в Грузию, пилотами Люфтваффе могут быть допущены ошибки при определении местности и времени десантирования парашютистов, первоначально Э. Германн предпочитал, что бы личный состав «Тамары-I» был сброшен в местах их приземления с самолетов базирующихся на Северном Кавказе. Однако затем, под нажимом майора Г. Арнольдта, был вынужден согласиться на вылет из Крыма .

К этому времени руководством Абвера уже был проведен ряд успешных разведывательно-диверсионных операций на Северном Кавказе.

Была введена в действие сформированная Абвером в августе 1941 г. разведывательно-диверсионная организация «Шамиль», подразделявшаяся на группы «Шамиль-I», «Шамиль-II» и «Махачкала».

Целью создания организации «Шамиль», состоявшей в основном из северокавказских добровольцев и немецких военнослужащих полка «Бранденбург-800» являлось:

1) Организация на Северном Кавказе, в тылу советских войск, движения сопротивления и, если удастся, восстания.

2) Защита северокавказских нефтяных месторождений от уничтожения отступающими советскими войсками.

3) Нарушение вражеских линий коммуникаций и снабжения.

4) Ведение военно-политической разведки.

Исходя из вышеуказанных целей, группы были сформированы в соответствии с национальной принадлежностью добровольцев, и географическому расположению нефтепромыслов.

Группа «Шамиль-I», - для разведывательно-диверсионных действий в районе Майкопских нефтяных полей.

Группа «Шамиль-II», - для проведения спецопераций на территории Чечено-Ингушетии.

Группа «Махачкала», - для осуществления разведывательно-диверсионных операций на территории Дагестана.

7 августа 1942 г. группа «Шамиль-I», состоящая из 14 кабардинцев, 8 черкесов, 3 русских, а так же 5 человек германского кадрового персонала, под командованием фельдфебеля Моритца была высажена на парашютах в тылу советских войск, на территории Кабардино-Балкарии, недалеко от г. Нефтегорска.

Целью спецоперации являлось помещать советам вывести из строя Майкопские нефтепромыслы, в преддверии эвакуации подготовленные к уничтожению специальными частями НКВД.

С помощью местных жителей; адыгов, армян и этнических русских, в большинстве своем, - рабочих Майкопских нефтяных предприятий, - командованию группы удалось успешно решить поставленную перед ними задачу. Как и следовало ожидать, эти люди отнюдь не испытывали восторга по поводу запланированного советами варварского уничтожения нефтепромыслов, лишавшего их основного источника существования.

За неделю парашютисты сколотили из местных жителей эффективные партизанские отряды.

19 августа, когда германские войска приближались к г. Хадыженску, - месту нахождения крупного нефтеперерабатывающего завода, - добровольцам, с помощью местных инсургентов, удалось успешно осуществить дерзкую спецоперацию.

До того, как истребительные батальоны НКВД успели приступить к методическому уничтожению завода, повстанцами, были подожжены запасные резервуары нефтепромысла. В результате моментально распространившегося пламени, бушевавшего в течение двух суток, приближение к заводу было невозможно.

Таким образом, завод по переработке нефти, 21 августа попал в руки передовых частей Вермахта целым и невредимым.

На следующий день добровольцами был захвачен в плен один из советских армейских комиссаров, с важными военными документами .

Впрочем, дело не обошлось без накладок и недоразумений. В соответствии с первоначальными планами германского командования, территория Майкопа входила в оперативный район действий 1-й танковой армии, в штаб которой, после выполнения задания, и должны были явиться парашютисты. Затем, однако, планы были изменены, и занятие Майкопа было осуществлено частями 17-й армии. Так как штаб 17-й армии не был своевременно уведомлен об операциях организации «Шамиль», фельдфебель Моритц и его подчиненные были арестованы, и в течение пяти суток содержались под стражей по подозрению в принадлежности к группе советских партизан.

В это время членам подлинной диверсионной группы советов, воспользовавшимся тем, что немцы не удосужились вовремя выставить соответствующее охранение, удалось нанести заводу по переработке нефти существенный ущерб.

11 августа 1942 г., когда дивизии Вермахта вплотную приблизились к границам Чечено-Ингушетии, была введена в действие состоящая из 60 человек группа «Шамиль-II», в свою очередь, разбитая на два спецподразделения.

Насчитывающее в своем составе 15 кавказцев и 10 немцев первое спецподразделение группы, под командованием обер-лейтенанта Г. Ланге, было сброшено на парашютах в униформе Вермахта в районе г. Шали, в 40 километрах южнее Грозного. Целью предприятия являлось предотвращение взрывов Грозненских нефтепромыслов, подготовленных к уничтожению советами. Проведение диверсий на важнейших транспортных коммуникациях и установление связи с руководством чеченского сопротивления. Так как время подхода передовых германских частей точно установлено быть не могло, в Абвере с тщательностью отнеслись к экипировке и снаряжению коммандос. Кроме оружия, боеприпасов и продовольствия, группа была оснащена альпинистским снаряжением, палатками, картами-двухверстками и коротковолновой переносной радиостанцией. По поступившей в Абвер-I информации, в данном районе действовали повстанческие отряды чеченцев и германское командование рассчитывало, что именно они и возьмут под охрану нефтепромыслы Грозного. Кроме этого существовала настоятельная необходимость скоординировать деятельность чеченских партизан с действиями германского командования .

Уже 22 июня 1941 г., в день начала германо-советской войны, чеченские повстанцы, от имени народа Чечни объявили войну Советскому Союзу. На сегодняшний день из рассекреченных и опубликованных материалов известно, что после начала войны, с целью общей координации деятельности чеченских повстанческих отрядов, в январе 1942 г., под руководством одного из лидеров чеченского сопротивления тех лет, Хасана Исраилова (Терлоева), была создана военно-политическая организация, – Особая партия кавказских братьев. Целью данной организации, как записано в ее уставе, принятом на учредительном собрании ОПКБ, нелегально созванном 28 января 1942 г. в г. Орджоникидзе являлось:

«Объединить все антисоветские организации и группировки в единую братскую партию ОПКБ и расширить эту партию по всему Кавказу.

Обеспечить полную дезорганизацию тыла остатков советской военщины на Кавказе, ускорение гибели большевизма на Кавказе и действовать во имя поражения России в войне с Германией.

Создать на Кавказе свободную братскую федеративную республику – государств братских народов Кавказа по мандату Германской Империи» .

В результате подпольных собраний проведенных 10 ноября 1941. г. в 41 аулах Чечни, присягу на верность ОПКБ принесли 5000 повстанцев. На территории Чечено-Ингушетии было организовано 8 повстанческих округов насчитывающих 24970 человек. Ряд членов данной организации, поддерживающих связи с резидентурой Абвера в г. Орджоникидзе, были внедрены в руководящие советские структуры, в том числе Наркомат внутренних дел Чечено-Ингушской АССР .

В феврале 1942 г. в Чечено-Ингушетии вспыхивает новое восстание под руководством Майрбека Шерипова. Последний объединился с Исраиловым, в результате чего стало возможным создание временного национального правительства Чечни .

В меморандуме, представленном правительству Германии летом 1942 г., от имени «временного народно-революционного правительства Чечено-Ингушетии», посредством перешедшего на сторону немцев Абдурахмана Авторханова, сообщалось о том, что целью восстания чечено-ингушского народа является освобождение от ига советского империализма и восстановление свободы и независимости Кавказа.

Восставшие ожидали, что в ближайшее время к восстанию присоединится весь свободолюбивый Кавказ.

Руководители чеченского сопротивления предлагали Германии военно-политический союз против большевизма. В ответ на это Германия, в свою очередь, должна была признать независимость и территориальную целостность Кавказа .

Несмотря на то, что десантируемая группа «Шамиль-II» понесла потери от огня красноармейцев, обстрелявших парашютистов еще в воздухе, отряд с помощью чеченских повстанцев ушел от преследования.

Помощь, оказанная добровольцам местным населением, была быстрой и эффективной. Горцы с радостью укрывали в своих домах парашютистов от охотящихся за ними отрядов НКВД. На чеченцев оказал крайне благоприятное влияние тот факт, что германский кадровый персонал группы хорошо изучил и знал местные традиции и обычаи.

Так как при приземлении подразделения был убит один из германских радистов, а другой не смог найти грузового парашюта со своей рацией, командованием Абвера, обеспокоенным отсутствием запланированных сеансов радиопередач, было принято решение направить на поиски Ланге другую часть группы «Шамиль-II».

Возглавляемое унтер-офицером Реккертом второе спецподразделение из 12 человек, в состав которого входил так же один грузинский доброволец, было сброшено 30 августа с трехмоторного самолета «Юнкерс-252» в районе с. Махкеты, в Веденском районе.

Хотя группам Реккерта и Ланге так и не удалось соединиться, действия каждой из них, в целом оказались весьма эффективными. Территория Чечни, к этому времени, была очень слабо занята советскими частями. Уже в первые шесть недель, членам групп удалось привлечь на свою сторону 300 человек, доведя позднее это число до 500.

Благодаря хорошо функционирующей радиосвязи, ушедшей в горы группе Реккерта удалось поддерживать регулярные контакты с дислоцированной в г. Сталино абверкомандой-21 майора Г. Арнольдта. В результате этого, стало возможным наладить снабжение с воздуха повстанческих отрядов оружием, снаряжением и другими военными материалами .

Одной из основных задач добровольцев, являлась добыча сведений о количестве советских частей, охранявших дороги, ведущие из Чечни в соседнюю Грузию.

Операция была проведена молниеносно. 20 сентября, с целью взятия «языка» и захвата оружия крайне необходимого повстанцам, в Хевсуретии, в районе сел Шатили и Джари на р. Аргунь, инсургенты осуществили атаку на роту 106-го полка 28-й запасной стрелковой бригады.

Бросая оружие, красноармейцы в панике бежали, потеряв 6 человек убитыми, 2 человек ранеными и 16, - пропавшими без вести .

Очень быстро мелкие стычки с красноармейцами переросли в широкое партизанское движение, продолжавшееся до декабря 1942 г.

В результате этого, повстанцы с успехом отвлекали с фронта крупные воинские части и соединения советов, в том числе, - на дивизионном уровне.

Брошенные против чеченских партизан две дивизии войск НКВД, оказались бессильными в борьбе с боевой тактикой летучих отрядов повстанцев.

Обер-лейтенанту Ланге удалось встретится с главой ОПКБ Х. Исраиловым (Терлоевым) и другими руководителями чеченских повстанческих отрядов. Договорившись с ними о дальнейших действиях, большинству германского персонала двух групп к концу декабря 1942 г. удалось с боями прорвался к боевым порядкам германских войск через линию фронта. Часть кавказцев решила остаться в Чечне, продолжая борьбу в рядах местного сопротивления .

Не случайно, по словам одного из бывших руководителей Абвера П. Леверкюна, диверсанты Ланге «в течение четверти года с успехом оперировали в качестве партизан в глубоком тылу русского фронта, совместно с вооруженными представителями кавказских племен» .

По свидетельству проф. Г. фон Менде, за успешное проведение данной операции, обер-лейтенант Г. Ланге был награжден одной из высших наград Третьего Рейха, - Рыцарским Крестом .

«В результате миссии Ланге германское командование убедилось, в какой степени северокавказцы ненавидят кремлевский режим» , - подчеркивает в своих мемуарах Г. Габлиани.

Состоящая из 40 дагестанцев третья группа организации «Шамиль», носящая, как уже отмечалось, название «Махачкала», вследствие остановки продвижения Вермахта под Грозным так и не была введена в действие на территории Дагестана. Тем не менее, добровольцы-дагестанцы, во главе со свободно говорившим по-русски командиром данной группы, лейтенантом Э. Йохансеном, - сослужили Вермахту хорошую службу. Переодевшись в униформу красноармейцев, десять добровольцев под командыванием Йохансена, провели несколько успешных разведывательных операций в тылу советов, из которых всегда возвращались с большим количеством военнопленных и дезертировавших из Красной армии кавказцев .

Во время одной из таких операций Йохансен получил тяжелое ранение, и, для того чтобы не попасть живым в руки врагов, подорвал себя гранатой .

18 августа 1942 г. соединения 49-го горно-стрелкового корпуса Вермахта начали бои за перевалы, соединяющие Северный Кавказ с Южным. Стремительными ударами передовые отряды немцев выбили противника с Клухорского, Санчарского, Марухского и других перевалов и стали выдвигаться на южные склоны Главного Кавказского хребта. Дорога в Грузию, казалось, была открыта.

Была ли к этому времени внутриполитическая ситуация в оккупированной советами Грузии благоприятной для высадки десанта?

Насколько, в случае соответствующего развития событий, было готово к восстанию само грузинское общество?

Источники с которых лишь недавно был снят гриф секретности свидетельствуют, что высаживая взвод особого назначения «Тамара-I» в Грузии, германское командование имело определенные основания надеяться на успех спецопераций.

Уже 5 октября 1941 г., в первые же месяцы войны, командующий войсками Закавказского фронта генерал-лейтенант Д. Козлов был вынужден обратиться к партийному руководству Грузинской ССР со следующим сообщением:

«В частях Закавказского фронта имеет место большое количество дезертирств. Большинство случаев дезертирств падает на Грузинскую ССР.

Со дня объявления мобилизации из граждан Грузинской ССР дезертировало 491 человек, из них с оружием в руках 53 человека»

Сообщая далее о том, что из разысканных 270 человек, 129 были приговорены к расстрелу, генерал при этом с тревогой подчеркивал: «Случаи дезертирства не прекращаются, а наоборот возрастают. Нередко дезертирство совершается не одиночками, а целыми группами, которые при задержании их иногда оказывают вооруженное сопротивление. [...]

В большинстве случаев дезертиры находятся в своем районе, следовательно кто-нибудь из районных или сельских работников прикрывает дезертиров и их родных» .

Со всей полнотой об общественно-политической ситуации сложившейся в Грузии в этот период сообщает архивный документ под названием «цифровые данные о результатах работы НКВД Грузинской ССР по борьбе с бандитизмом и дезертирством за период Отечественной войны», составленный народным комиссаром внутренних дел республики Гр. Каранадзе незадолго до окончания Второй мировой войны. Согласно данному источнику, в 1942 г., т. е. тогда, когда линия фронта вплотную подошла к границе Грузии, органами госбезопасности Грузинской ССР, выражаясь словами документа:

«Ликвидировано:

а) Бандрупп. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 83.

б) Участников в них. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 285 чел.

в) Бандодиночек. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 72 чел.

Задержано:

а) Дезертиров из К[расной] а[рмии].. . . . . . . 4686 чел.

б) Уклонившихся. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 1000 чел.
---------------------

Итого: 5686 чел».

Далее в том же документу сообщается, что в 1943 г.

«Ликвидировано:

а) Бандгрупп . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 118.

б) Участников в них . . . . . . . . . . . . . . . . . . 584 чел.

в) Бандодиночек. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 88 чел.

г) вооружен[ных] нелегалов. . . . . . . . . . . 123 чел.

д) бандпособников. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . 159 чел.
-----------------------------

Итого: 954 чел.

Задержано:

а) дезертиров из К[расной] а[рмии].. . . . . .6694 чел.

б) уклонившихся. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . .6264 чел.
--------------------------------------
Итого: 12 958 чел» .






12) Военнослужащие подразделения особого назначения «Тамара-II» во время отпуска. Франция, осень 1941 г. Фотография из личного архива Н. Бадуаль-Кереселидзе (Экс-ан-Прованс, Франция).

Всем известно, что по советско-чекистской терминологии, под определение «бандгрупп», «бандодиночек», «вооруженных нелегалов», «бандпособников», «дезертиров» и т. д. подпадали прежде всего идейные противники советского режима. Таким образом, надо полагать, что большое количество из этих более чем 19 с половиной тысяч человек, беспощадно «изъятых» органами безопасности в 1942-43 гг., на самом деле являлись грузинскими патриотами-повстанцами, вся вина которых заключалась лишь в их нежелании проливать свою кровь для защиты преступной сталинской империи. Эти люди потенциально являлись союзниками Вермахта, в котором, объективно говоря, большинство из них не могло не видеть освободителя от великодержавного Кремлевского ига.

Наряду с прочим вышеприведенные данные полностью опровергают все измышления советских историков, как и нынешних адептов сталинизма в Грузии, о каком-либо «единстве народов СССР» в годы Второй мировой войны.

К концу августа 1942 г., после захвата Вермахтом ряда важнейших перевалов, руководство Советской Грузии объяла паника. Были приняты преступные решения об уничтожении на случай вступления германских войск в республику стратегических объектов, имеющих жизненное значение для грузинского народа.

Так, например, 30 августа 1942 г., заместитель народного комиссара внутренних дел Грузинской ССР Гугучия обратился с докладной запиской к секретарю ЦК КП(б) Грузии К. Чарквиани в которой сообщал:

«Для проведения подготовительной работы по выводу из строя промышленных объектов Грузинской ССР на случай временной оккупации территории Грузии, необходимо обеспечить таковые нужным количеством взрывчатого материала.

По промышленным районам Западной Грузии нам даны указания райорганам НКВД ГССР, для вышеуказанных целей использовать в[зрывчатое] в[ещество] имеющееся на месте, районы же в которых нет необходимого количества в[зрывчатых] в[еществ] обеспечиваются согласно нашей заявки Инженерным Управлением штаба Закфронта.

В Ткибульском и Чиатурском районах потребное количество в[зрывчатых] в[еществ] для этих целей имеется в наличии на месте.

Решением СНК Грузинской ССР и ЦК КП(б) Грузии имеющееся в[зрывчатое] в[ещество] в Чиатурском Маргантресте, должно быть передано Инженерному Управлению. Таким образом для Чиатурского района вытекает необходимость встречных перевозок в[зрывчатого] в[ещества].

На основании изложенного прошу Вашего распоряжения об оставлении имеющегося на месте в Чиатурском районе в[зрывчатого] в[ещества], для указанных выше целей» .

Этот документ мы привели полностью для того, чтобы читатель в полной мере оценил преступный характер решений, принимаемых руководством Советской Грузии того времени (упаси господи, чтобы в нужное время в Чиатурском районе не оказалось необходимого количества взрывчатки для уничтожения объектов по добыче марганца). Наряду с этим данные источника наглядно свидетельствуют, что советское командование отнюдь не было уверено в своих военных возможностях по дальнейшему удержанию Грузии.

Принимая во внимание все вышесказанное, решение руководства Абвера по заброске «Тамары-I» в Грузию становиться вполне понятным по следующим основным причинам:

1) К началу сентября 1942 г. германские войска, захватив отдельные перевалы, были готовы для решающего броска для вступления в Грузию.

2) При проведении упомянутой спецоперации, внутриполитическая обстановка в республике вполне позволяла надеяться на поддержку со стороны местного населения.

3) Необходимо было предотвратить уничтожение советами стратегических объектов, имеющих первостепенное значение как для военных нужд Вермахта, так и для возобновления мирной жизни на освобожденной от большевизма территории Грузии.

Следует особо отметить, что входящие во взвод грузины-парашютисты, разумеется отлично сознавая степень риска, которой они подвергались во время проведении данной спецоперации, руководствовались при этом сугубо патриотическими побуждениями.

Еще весной 1942 г. М. Кедиа, в беседе с отдельными военнослужащими «Тамары-I» подчеркнул, что после их заброски в Грузию, добровольцам, в опоре на местные повстанческие силы, следует попытаться создать национальное правительство страны. Были в курсе этого и бывшие военнопленные-красноармейцы, добровольно вступившие в состав «Тамары-I». В первые же часы прорыва Вермахта в Закавказье, сформированное правительство должно официально провозгласить независимость Грузии, таким образом, поставив германское командование перед свершившимся фактом .

Принимая во внимание специфику районов действий «Тамары-I», командованием Абвера была тщательно разработана структура подразделений, подготавливаемых к заброске в Грузию.

К началу сентября 1942 г., взвод особого назначения был разбит на четыре группы. В состав каждой из них, насчитывающей в себе по 7 человек, были включены командиры-немцы, в звании унтер-офицеров Вермахта, как правило, являвшиеся опытными бойцами полка особого назначения «Бранденбург-800». Немцами же являлись радисты и подрывники групп. В функции первых из них входило поддерживать радиосвязь как друг с другом, так и с радиостанцией Абвера в Симферополе. Задачей саперов-подрывников, являлось проведение диверсий, включая подрыв железнодорожных мостов, шоссейных дорог, складов с вооружением и продовольствием, телефонных столбов и трансформаторных будок. Из числа грузин, в состав каждой из групп было включено около 2-3-х эмигрантов и 1-2-х бывших военнопленных. Основной задачей эмигрантов, являлось ведение среди местного населения пропагандистской работы. Разъяснение, что после свержения советов, колхозы будут распущены а крестьянам, - вновь возвращена земля и право на частную собственность. В сферу компетенции эмигрантов входила так же установка контактов с подпольным сопротивлением, ряды которого, по данным германской разведки, в значительной степени пополнились грузинами дезертировавшими из Красной армии. Значительная их часть скрывалась к этому времени в прилегающих к Главному Кавказскому хребту горных районах Грузии, куда в большинстве своем и планировалось забросить группы «Тамары-I». Основным критерием при отборе для участия в данной спецоперации бывших военнопленных-грузин, служило хорошее знание ими районов, в которых, после высадки, предстояло действовать добровольцам. В большинстве своем будучи уроженцами этих мест, бывшие красноармейцы должны были исполнять роль проводников.

Сохранились списки фамилий добровольцев, которые мы считаем своим долгом привести полностью:


В частности первая группа, руководителем которой был командир «Тамары-I», фельдфебель Германн, включала в себя:

1) Самого Эдуарда Германна.

2) Заместителя командира группы, подрывника, ефрейтора Вальтера Фойерабенда.

3) Радиста, ефрейтора Альфонса Грюнайса.

4) Ефрейтора Вермахта, эмигранта Матэ Кереселидзе. (Псевдоним «Керес»).

5) Ефрейтора Вермахта, эмигранта Давида Харисчирашвили. (Псевдоним «Каленберг»).

6) Проводника, уроженца Ванского района Грузии, бывшего красноармейца, ефрейтора Вермахта Симона Лилуашвили.

7) Проводника, уроженца Онийского района Грузии, бывшего военнопленного красноармейца, рядового Вермахта Рубена Майсурадзе.


Во вторую группу входили:

1) Командир, унтер-офицер Фриц Бухгольц.

2) Заместитель командира группы, радист, ефрейтор Вермахта Эрнст Губер, награжденный Железным Крестом первого класса.

3) Подрывник, ефрейтор Георг Пеньковский.

4) Рядовой Вермахта, эмигрант Георгий Иванидзе. (Псевдоним «Идо»).

5) Ефрейтор Вермахта, эмигрант Валерьян (Хуза) Кочакидзе. (Псевдоним «Кохет»).

6) Проводник, уроженец Цагерского района Грузии, бывший красноармеец и рядовой Вермахта Гедевана Ахвледиани.

7) Проводник, уроженец Онийского района Грузии, бывший красноармеец и рядовой Вермахта Вано Хидашели. (Согласно некоторым источникам, - Хидишели или Хидишвили).

Личный состав третьей группы состоял из:

1) Командира, унтер-офицера Фридриха Гельмрайха.

2) Радиста, рядового Германской армии Франца Бранднера.

3) Подрывника, ефрейтора Генриха Ципфа.

4) Ефрейтора Вермахта, эмигранта Зураба Абашидзе. (Псевдоним «Абах»).

5) Ефрейтора Вермахта, эмигранта Дмитрия Бартишвили. (Псевдоним «Барт»).

6) Рядового Вермахта, эмигранта Михаила Бурдзглы. (Псевдоним «Бек»).

7) Ефрейтора Вермахта, эмигранта Арчила (Кукури) Кочакидзе. (Псевдоним «Кох»).

В состав четвертой группы входили:

1) Командир, унтер-офицер Франц Егер.

2) Заместитель командира группы, радист, унтер-офицер Эрнст Комианки.

3) Подрывник, рядовой Вермахта Эрвин Циммерманн.

4) Ефрейтор Вермахта, эмигрант Александр Канкава. (Псевдоним «Клеберг»).

5) Ефрейтор Вермахта, эмигрант Шалва Маглакелидзе . (Псевдоним «Карл»).

6) Рядовой Вермахта, эмигрант Григорий Миротадзе. (Псевдоним «Миро»).

7) Рядовой Вермахта, эмигрант Георгий Тухарели (Псевдоним «Туха») .

Возлагая на предприятие большие надежды, руководство Абвера основательно позаботилось о снаряжении и вооружении добровольцев. За десять дней до вылета на территорию Грузии, каждый из членов взвода особого назначения «Тамара-I» был снабжен:

1) Автоматом германского образца, с боевыми патронами в количестве 500 штук.

2) Револьвером системы «Парабеллум», с четырьмя обоймами патронов.

3) Семью ручными гранатами.

4) Взрывными материалами весом до 2-х килограммов.

5) Кинжалом.

6) Электрическим сигнальным фонарем.

7) Обычным электрическим фонарем.

8) Компасом и картой района высадки и дальнейших действий.

9) Портативной пилой для подрезки телеграфных столбов.

10) Комплектом красноармейского обмундирования.

12) Фальшивыми советскими документами.

13) Германскими пропагандистскими листовками в количестве 200 штук.

14) Продуктами питания, сроком на 10 дней.

15) Советскими деньгами, в сумме 5000 рублей.

Кроме этого, в каждой группе имелся один пулемет, три винтовки, приборы для бесшумной стрельбы из них, бинокли и оптические подзорные трубы. По одному радиопередатчику и фотоаппарату.



7) В. Кочакидзе, А. Кочакидзе и Г. Чхеидзе, - бойцы подразделения особого назначения «Тамара». Осень 1941 г. Румыния, г. Брассов. Фотография из архива Министерства внутренних дел Грузии.


Командование Абвера поставило перед коммандос следующие цели:

Установив связь с национально настроенными лицами среди местного населения, создать на их основе повстанческие организации, способные оказать помощь Вермахту во время вступления немцев в Грузию. При осуществлении данного задания, особое внимание следовало уделить налаживанию связей с бежавшими из частей Красной армии военнослужащими грузинской национальности, обладавшими вооружением. Развернуть на данной основе массовое партизанское движение против советских оккупантов. Организовать при приближении передовых частей Вермахта к районам действий повстанцев, массовое национальное восстание.

В связи с этим, личный состав забрасываемых в Грузию групп был снабжен пронумерованными с обратной стороны эмблемами в виде кавказского кинжала. Точно такими же, которые, как уже отмечалось, носили на левой стороне своих кепи горных егерей военнослужащие задействованного к этому времени на Северном Кавказе соединения особого назначения «Бергманн», так же находившегося в подчинении Абвера. Данные эмблемы должны были выдаваться членам создаваемых десантниками местных повстанческих организаций, служа отличительным знаком их причастности к антикремлевскому повстанческому движению.

В случае отступления частей Красной армии из Грузии, в задачу парашютистов входило предотвращение вывода из строя заминированных советами стратегических объектов.

При необходимости планировалось проведение диверсионных акций, с целью дезорганизации тыла красной военщины в Грузии.

Установив в районах своих действий местонахождение лагерей для германских военнопленных, парашютисты должны были осуществлять на них вооруженные налеты, с целью освобождения находившихся в них немцев и присоединения последних к освободительному движению.

Все добытые сведения разведывательного характера, добровольцы должны сообщать радистам групп для немедленной передачи их соответствующим службам Абвера .

С целью оказания психологического воздействия на местное население и создания у него представления о близости фронта, было сочтено целесообразным десантировать добровольцев в униформе военнослужащих Вермахта. Для того чтобы облегчить парашютистам поиск друг друга после приземления, непосредственно перед вылетом для каждой из групп был выработан свой пароль. В случае утери десантниками связи между собой, они должны были либо, скрываясь дожидаться прихода германских войск, либо двигаться в северном направлении, пробиваясь к боевым порядкам Вермахта на Кавказе.



1) Михаил Кедиа. Один из основных инициаторов создания организации «Тамара». Фотография из личного архива З. Зурабишвили (Париж, Франция).

После встречи на земле, добровольцы должны были закопав парашюты, как можно быстрее и дальше удалиться от места приземления. Разбив лагерь, радистам всех групп следовало прежде всего связаться с командиром «Тамары-I» фельдфебелем Э. Германом, для получения от него дальнейших указаний. При остановке на привалах, категорически запрещалось оставлять за собой мусор или какие-либо другие следы. Передвигаться добровольцы могли только ночью, после тщательного изучения местности и маршрутов передвижения по карте. Днем следовало посменно спать и набираться сил. Стоянки, - менять как можно чаще. Предлагалось не брать с собой ботинок германских горных егерей, оставляющих на земле специфические следы. Для бесшумного хождения по скалам и камням, диверсанты имели особые суконные или резиновые чехлы для обуви.

Раненных диверсантов следовало либо взять с собой, либо, - если это невозможно, - оставить и спрятать у кого-либо из местных жителей, близких эмигрантам.

Сразу же после встречи с германскими войсками, парашютисты должны были явиться в разведывательный отдел Главного командования первой танковой армии, о чем сделана была соответствующая отметка в выданных им удостоверениях личности .

Ареалом действий первых трех групп, являлись горные районы Сванетии и Рачи, примыкающие к Главному Кавказскому хребту. Объектом пропагандистского воздействия добровольцев должно было так же стать население Цагерского, Амбролаурского и Онийского районов, насильственным образом привлеченное советами как к самой обороне перевалов, так и к несению вспомогательной тыловой службы по снабжению задействованных там воинских частей и подразделений.

После приземления на территории Цхалтубского, Чиатурского и Ткибульского районов, где имелись подходящие природные условия для высадки десанта, три первые группы должны были подняться в горы. Местом встречи первой и второй групп являлась одна из горных вершин высотой в 2600 метров, вблизи Цагерского района. Далее добровольцы должны были координировать операции с третьей группой, непосредственно предназначенной для действий в Цагерском районе.

До начала германского прорыва на территорию Грузии, добровольцы в основном должны были ограничиться ведением пропаганды среди местного населения, сбором информации, фиксацией и изучением потенциальных объектов диверсий.

Активные повстанческие и диверсионные действия планировалось приурочить к моменту наступления Вермахта. В это время военнослужащим спецподразделения предписывалось проводить диверсии на шоссейных дорогах ведущих к перевалам Главного Кавказского хребта, с целью нарушить переброску подкреплений и доставку снабжения для задействованных там советских войск. По некоторым данным, основные диверсионные операции должны были быть развернуты на военно-грузинской дороге. Непосредственными объектами диверсий являлись мосты, трансформаторные будки, телефонные столбы и др. После проведения диверсии, добровольцы должны были рассредоточившись вернуться в лагерь с разных направлений. При приближении фронта, четырем группам «Тамары-I» надо было объединиться, и, действуя как самостоятельный взвод, принять участие в боевых действиях, с целью предотвращения взрывов стратегических объектов .

Одной из наиболее важных задач, являлось проведение особых пропагандистских акций, целью которых было оказание морального воздействия на красноармейцев-грузин, в большом количестве находящихся в составе советских соединений и частей, задействованных при обороне перевалов. Так оборону Мамисонского перевала, с конца августа 1942 г. несла 351 стрелковая дивизия Красной армии, в отношении которой у командования Абвера, судя по всему, имелись особые планы.

Хотя с формальной точки зрения, данное соединение и не являлось «национальным», в нее, тем не менее, входило до двух тысяч красноармейцев-грузин.

Желания умирать во имя сохранения владычества Красной империи на Кавказе, у грузинских военнослужащих 351-й советской дивизии, судя по сохранившимся архивным документам было не более чем у других грузин, в большинстве своем насильственно погнанных на фронт, о чем мы уже подробно писали в настоящей книге.

Как и в прочих советских «национальных» соединениях, в 351-й стрелковой дивизии процветала практика откровенного глумления над человеческим достоинством военнослужащих-грузин со стороны русского командного состава.

Дело дошло до того, что 12 декабря 1942 г. заместитель командира дивизии по политической части полковой комиссар О. Мусеридзе был вынужден лично обратиться к первому секретарю компартии Грузии и члену Военного совета Закавказского фронта К. Чарвиани, с просьбой поставить вопрос об отстранении от командования дивизией ее командира, генерал-майора В. Сергацкого, обвинив последнего в проявлении великодержавного шовинизма по отношению к своим подчиненным-грузинам .

К началу сентября 1942 г., части прижатой к Главному Кавказскому хребту дивизии дислоцировались как на Северном, так и на Южном Кавказе. В частности резервы соединения, в составе четырех батальонов дислоцировались в Шови, Цена, Амбролаури и Цагери. Кроме того, четвертый полк дивизии дислоцировался в Кутаиси, а штаб соединения, - в г. Они.

В это же время, в отчаянной попытке остановить продвижение германских войск на Южный Кавказ, советским командованием было принято решение приступить к формированию из числа членов общества альпинистов Грузии особых отрядов, для обороны перевалов.

В изданном по данному поводу приказе, подчеркивалась необходимость организации бесперебойного снабжения обороняющих перевалы советских войск. Создание соответствующих запасов боеприпасов, продовольствия и теплого обмундирования в узлах дорог на важнейших направлениях, с привлечением к этому местного грузинского населения .

Принимая во внимание, что места дислокации тыловых частей 351-й дивизии в целом совпадали с местом высадки членов группы «Тамара-I», следует полагать, что целью добровольцев, являлось, в первую очередь, пропагандистское разложение именно этого соединения. В частности, способствуя дезертирству грузин из этих частей, сколотить на их основе повстанческие отряды, для того чтобы в нужное время дезорганизовать тыл 351-й дивизии, держащей оборону Мамисонского перевала, открывающего германским войскам путь в Грузию . В задачи добровольцев входило так же проведение соответствующих пропагандистских мероприятий среди местного населения, с целью убедить последних воздержаться от оказания какой-либо помощи красным оккупантам.

Следует отметить, что к октябрю 1942 г. на территории Осетии, в Урухском ущелье, недалеко от державшей оборону Мамисонского перевала 351-й советской дивизии, дислоцировался 795-й грузинский батальон Вермахта, который германское командование так же намеревалось использовать при планируемом им прорыве в Грузию на этом участке фронта. Можно было легко представить, какой пропагандистский эффект оказало бы на грузин-красноармейцев, появление перед ними на передней линии фронта грузинских легионеров. Тем более что всего месяц назад, командованию батальона удалось легко склонить к переходу на свою сторону около 2000 красноармейцев из 392-й Грузинской советской стрелковой дивизии. О том, что вступление 795-го грузинского батальона в Грузию планировалось именно через Мамисонский перевал, сообщает в своих воспоминаниях и Ш. Маглакелидзе .

Таким образом, в случае начала военной операции по прорыву в Грузию, грузинский состав 351-й дивизии должен был подвергнуться пропагандистской атаке как с переднего края, - со стороны грузинских легионеров, так и с тыла, - со стороны добровольцев взвода «Тамара-I».

Cохранились сведения о том, что советскому капитану Ираклию Гавашели удалось тайно передать немцам план советских оборонительных позиций Мамисонского перевала. В случае начала германского наступления, Гавашели, (судя по всему, являвшийся командиром одного из задействованных на Мамисонском перевале батальонов 351-й дивизии), обещал без боя оставив позиции, - отступить со своей частью в сторону Грузии .

С целью довести до населения Рачинских приграничных районов Грузии, а так же дислоцированных там советских военнослужащих местной национальности информацию о том, что на стороне Вермахта уже воюют грузинские части, руководством Абвера был отдан приказ осенью 1942 г. сбрасывать с самолетов Люфтваффе составленные на грузинском языке листовки, следующего содержания:

«Грузины!





Уже в течение долгого времени в рядах Германской армии воюют против Советской России ваши братья – грузинские добровольцы.

Скоро придут они на Родину под грузинскими национальными знаменами, вместе с победоносными германскими войсками!

Мы ведем борьбу не против народов Кавказа, а за Ваше освобождение от рабства Советской России.



Мы несем Вам:!





Уничтожение рабства насильственно загнанного в колхозы крестьянства.

Свободную жизнь крестьян – на собственной свободной земле!

Право свободного рабочего быть полным хозяином всего приобретенного собственным трудом.
Свободную частную торговлю и производство.

Защиту Ваших обычаев и адатов.

Свободу вероисповедания.

Восстановление разрушенных церквей.

Грузинскую национальную школу.

Процветание национальной культуры.

Самоуправление на широкой основе.
[...]




«Грузины!





Не оказывайте сопротивления Вашим освободителям.

Не стреляйте в Ваших братьев.

Встречайте их достойно, с уважением, как подобает Вам, - по-грузински.

Заслуги тех, кто примет участие в борьбе против большевизма будут соответствующе оценены.




Германское командование»




4 сентября 1942 г., в 7 часов вечера, первая группа «Тамары-I» в полном составе вылетела в Грузию с аэродрома Саки. После трехчасового полета, добровольцы в униформе Вермахта стали высаживаться в Цхалтубском районе. Первым выпрыгнул С. Лилуашвили, за ним командир спецподразделения «Тамара-I» фельдфебель Э. Германн, радист А. Грюнайс, Д. Харисчирашвили, М. Кереселидзе и ефрейтор В. Фойерабенд. По свидетельству членов группы, ее командир Э. Германн был уверен, что на территории Грузии добровольцам придется действовать от одной до трех недель. По расчетам немецкого командования, именно столько времени требовалось соединениям Вермахта для вступления в республику .

5 сентября, так же около 7 часов, в Грузию была отправлена третья группа. В 10 часов, парашютисты были сброшены в Чиатурском районе.

Вероятно вследствие ошибки пилотов Люфтваффе, выброска групп была проведена неточно, в результате чего парашютисты были разбросаны на большом радиусе расстояния друг от друга.

Для того чтобы не допустить слишком большой разброс парашютистов, самолет «Юнкерс», на котором летели бойцы первой группы «Тамары-I», после выброски четырех парашютистов сделал в воздухе петлю, и, вернувшись на задний курс, сбросил последних трех человек, возможно так же привлекая тем самым внимание членов местного истребительного батальона . По свидетельству отца одного из добровольцев, - Георгия Кереселидзе, в 1942-45 гг. занимавшего должность начальника управления по делам кавказской эмиграции в Берлине, и, таким образом, вхожего в спецслужбы Третьего Рейха, - свою роль в разброске парашютистов на большом расстоянии сыграл факт ошибки пилота, сбросившего группу с высоты четырех километров .

Отрицательную роль сыграл так же тот факт, что грузинские добровольцы, судя по всему, прошли недостаточную, всего лишь недельную подготовку по парашютному делу. Не случайно в интервью, данном по прошествии многих лет после окончания войны одним из немногих оставшихся в живых коммандос, - М. Кереселидзе, - подчеркивалось, что личный состав спецподразделения крайне мало тренировался в прыжках с парашютами .

Почти сразу же добровольцы понесли потери. 8 сентября, спустя несколько дней после высадки отнюдь не оставшейся незамеченной органами районных отделов НКВД, членами истребительного батальона был обнаружен и убит в бою недалеко от с. Цхункури Цхалтубского района командир группы «Тамара-I» фельдфебель Э. Германн. 9 сентября, такая же участь постигла радиста первой группы А. Грюнайса, в задачи которого входило поддерживать связь не только с радиостанцией Абвера в Симферополе, но и с радистами всех остальных групп .

Гибель Э. Германна, ответственного за координацию действий всех групп «Тамары-I», нанесла тяжелейший удар по всему предприятию. Лишившись своего командира в самом начале операции, члены первой группы были вынуждены рассеявшись уходить от преследователей. 15 сентября был арестован последний член германского кадрового персонала первой группы, - подрывник-сапер В. Фойерабенд, в функции которого входило так же быть связником между группами, в случае выхода из строя или утери рации. Впоследствии, находясь на допросе у следователя НКВД, сам Фойерабенд откровенно отмечал, что причиной невыполнения им поставленного перед ним задания являлась утеря контакта с остальными членами группы, а так же грузового парашюта, содержавшего в себе взрывчатку. «При наличии взрывных веществ и моих товарищей, я обязательно сделал бы то, что мне было поручено начальством», - бесстрашно заявил немец .

Оставшимся четырем членам первой группы удалось успешно уйти от преследования и при помощи местного населения оторваться от противника.

В ответ на это, с целью запугать местное население и лишить парашютистов общественной поддержки, советы до предела усилили террор против мирных жителей Грузии.

13 сентября был подписал приказ об использовании драконовских мер в тех районах, где были сброшены десантники. Понимая, что с взятием целого ряда важных перевалов, общественная ситуация уходит из под ног местных коммунистов, руководство НКВД, с целью пресечения в зародыше возможности возникновения каких-либо организованных форм повстанческого движения, приказало расстреливать добровольцев непосредственно в местах их высадки. В специальном сообщении НКВД в связи с этим подчеркивалось, что «из числа арестованных по Грузии 35 парашютистов 32 человека нами публично расстреляны в районах их приземления. Так же будут расстреляны парашютисты, изъятые в других районах Кавказа» . Уже сам по себе факт того, что захваченных в плен парашютистов расстреливали в местах их высадки, однозначно указывает на то, что непосредственным объектом устрашения этих публичных казней было местное население. Тем более что германская разведка рассчитывая использовать родственные и иные связи добровольцев, как правило, сбрасывало их в районах, откуда были родом парашютисты . Таким образом местному населению однозначно давали понять, какая судьба ожидает людей, оказавших какую-либо помощь десантникам. Очевидно, советское командование было настолько не уверено в собственных возможностях по удержанию Грузии, что в данном случае, отказалось даже от классической схемы проведения радиоигр с германской разведкой, сделав ставку исключительно на террор против мирного населения.

Тем не менее, по свидетельству документов, и в подобной атмосфере всеобъемлющего террора, среди местного населения находилось достаточное количество людей, ценой риска для собственной жизни оказывающих всевозможную помощь добровольцам.

Примером этого, может служить история добровольцев «Тамары-I» М. Кереселидзе, Д. Харисчирашвили и С. Лилуашвили, в составе первой группы высадившимся в уже упомянутом нами с. Цхункури. Последним, по сведениям источников, удалось избежать встречи с истребительным батальоном НКВД. Поднявшись в горы Цхалтубского района, коммандос скрывались там в течение 11 дней. В это время им удалось установить и с дезертировавшими из РККА грузинами, скрывающимися в том же районе. Будучи уроженцами данных мест, бывшие красноармейцы охотно оказывали помощь добровольцам, снабжая их как продуктами, так и сведениями о лицах, к которым можно было обратиться за помощью.

После этого, спустившись вниз, коммандос установили связь с местными жителями, охотно оказавшими им помощь в деле предоставления убежища и снабжения продуктами питания. В течение месяца парашютисты получали пищу от бригадира колхоза с. Дзедзилети, Акакия Гиорхелидзе, который, видимо надеясь на то, что немцы в ближайшее время вступят в Грузию, оказывал им посильную помощь. Он же сообщил добровольцам о том, что на месте их высадки были убиты два немца-парашютиста, из чего те сразу же догадались, что убитыми могли быть лишь Э. Германн и А. Грюнайс, находящиеся в их группе.

В случае вступления Вермахта в Грузию, Гиорхелидзе, со своей стороны, обещал парашютистам через имеющихся у него надежных люд

Поиск по сайту

Кнопка сайта

Голосование

Считаете ли вы возможным повторение геноцида осетин со стороны Грузии?

 

Календарь

«    Февраль 2020    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 12
3456789
10111213141516
17181920212223
242526272829 

Архив новостей

Февраль 2020 (1)
Январь 2020 (1)
Декабрь 2019 (7)
Июль 2019 (3)
Январь 2019 (1)
Июнь 2017 (4)